Минарет Калян.



Господствующий над городом гигантский вертикальный столп. Значение его выходило далеко за пределы практического использования: для возглашения призыва на молитву – азан достаточно было подняться на крышу мечети, как это и делалось в первые века после установления ислама. Позже для этого стали использоваться различные вертикальные сооружения, разнообразные формы которых сложились у разных народов мира задолго до ислама.

 

В основе среднеазиатской типологии минаретов несколько архитектурных форм: башни крепостных стен, известные уже с эпохи бронзы, которые могли послужить прообразами минаретов с округлым стволом; мемориальные столбы-стамбха в буддизме; столбы-мили, отмечающие расстояние и служащие ориентирами у кочевых племён; цилиндрические или конические башни-бурджи, на вершине которых водружались идолы или горел огонь; маяки; колокольни христианских церквей; зороастрийские «башни огня» - аташгох в Иране и другие вертикальные формы. Высотная форма этих сооружений была порождена утилитарной (практической) функцией – увеличение возможностей обзора; сторожевых вышек; постаментов для идолов; акустика для колоколен; специальные приспособления в зиккуратах – обсерваториях. Не меньшую, а может быть и большую, роль играла и функция идеологическая – символ связи Земли и Неба; древо жизни и иные сюжеты космогонической мифологии доисламских культов; это был символ могущества государей, триумфальный памятник. В Средней Азии в XIV – XV вв. минареты стали более многочисленными, чем этого требовали ритуальные функции. Они воздвигались как символ государственного или личного престижа, либо как необходимый компонент композиции здания. Вертикали-минареты играли огромную роль в облике городов Востока, отмечая места крупных мечетей, медресе, комплексов.

 

Слово «минарет» происходит от «минора» - «место, где что-то зажжено» (например, Фаросский маяк, высотой 143 м, построенный в 283 г. до н. э.).

 

Минарет Калян представляет характерный для Мавераннахра тип круглоствольной башни, увенчанной арочным фонарём. Диаметр её внизу – 9 м, вверху – 6 м, общая высота – 45 м. Впечатление устойчивости создано конической формой башни, расширяющейся к низу, хотя фундаменты сильно заглублены – около 10 м. Особую выразительность придаёт минарету декор: наружная поверхность ствола опоясана 14 горизонтальными лентами кирпичной облицовки. Орнаментация исключительно разнообразна – в каждом поясе она иная. Это – парная выкладка, рисунок «ромбом», сетки равносторонних треугольников, цепи звезд и др., хотя построение всех орнаментов основано на принципе квадратной сетки в прямом или диагональном расположении. Над стволом минарета нависает 16-арочная ротонда фонаря, которая опирается на выступающие ряды кладки, оформленные в виде сталактитового карниза. Под сталактитами проходит голубой фриз с рельефными надписями, по которым установлено, что строительство минарета было закончено в 1127 г. Фриз этот – первый случай введения цвета в архитектурное оформление здания на Среднем Востоке. Ещё одна надпись в ленте на половине высоты ствола даёт имя Арслан-хана. Есть и имя мастера – Бако. Говорят, что, возводя минарет, строитель его надолго скрылся, чтобы дать время хорошенько затвердеть ганчевому раствору. И только когда кладка превратилась в монолит, он принялся за окончательную отделку.

 

В 1920 г. во время гражданской войны ствол и верхнюю часть минарета сильно повредило снарядами, но уже в 1923 г. венчающий карниз был восстановлен бухарским мастером Абдукадыром Бакиевым. В 1976 г. во время сильного землетрясения западная часть ремонтного карниза обрушилась и была восстановлена заново по старым фотографиям в 1980 г.

 

Внутри башни вьётся кирпичная винтовая лестница, насчитывающая 105 ступеней. Купольное помещение внутри фонаря окружено обходной галереей, через проёмы которой возглашали призыв на молитву 16 азанчей по пятницам в полдень.

 

Когда наступает час очередного намаза, с минарета муэдзин, или азанчи, возглашает призыв (азан), состоящий из следующих обращений: «Аллах превелик! Свидетельствую, что нет божества, кроме Аллаха! Свидетельствую, что Мухаммед – посланник Аллаха! Идите на молитву! Идите ко спасению! Аллах превелик! Ля иллих илля ллах!». Обращение повторяется многократно.

 

Где бы ни заставал правоверных крик муэдзина, он тотчас, бросив все дела, должен был спешить на молитву. Ремесленники оставляли свои мастерские, замирала жизнь на базарах, и торговцы вместе с покупателями шли на молитву в мечеть. Поэтому для удобства, помимо того, конечно, что это считалось богоугодным делом, мечетей строилось очень много. В 1833 г., по свидетельству русского путешественника П.И.Демезона, в Бухаре было 300 мечетей. Большей частью они были мазанные глиняные и вмещали не более 60 человек. Это были гузарные, квартальные мечети.                       Андреева Н. М.

 

Ссылки:

Также читаем: