Династия Мангытов насчитывает 8 эмиров.



Мухаммад-Рахим (1747-1758 гг.); Даниялбий, его племянник (1758-1785 гг.); Шах-Мурад, его сын (1785-1800 гг.); Хайдар, его сын (1800-1826 гг.); Насрулла, его сын (1826-1860 гг.); Музафарэтдин, его сын (1860-1885 гг.); Абдулахад, его сын (1885-1910 гг.); Алимхан, его сын (1910-1920 гг.).

 

Уже Мухаммад-Рахиму пришлось подавлять восстание племени бургут, населявшего Нурату (средняя часть долины Зеравшана между Самаркандом и Бухарой). Он уничтожил их укрепления и переселил всех в бухарский тумень, ликвидировал также укреплённые пункты мианкальских кипчаков, всех их вождей казнил, а простых людей выселил, места их проживания заселил карлуками из Несефа. В то же время он переселил племена етти-кркг и бахрин в окрестности Бухары. Мухаммад-Рахим покорил Шахрисабз, Хиссар и Куляб и переселил в Хиссар племена юз, кенегес и сарай.

 

Смерть Мухаммада-Рахима в 1758 г. послужила своеобразным толчком к новой волне феодального анархизма. Некоторые узбекские племена попытались, пользуясь временным безвластием, совершить государственный переворот и положить конец господству мангытов. Однако Даниялбию удалось быстро овладеть положением. Он разгромил восстание юзов и усмирил феодалов Хузара и Шахрисабза.

 

Борьбу с феодальным сепаратизмом продолжил его сын и наследник Шахмурад (1785-1800 гг.). При жизни Даниялбия Шахмурад был правителем Самаркандского вилайета. Несмотря на увлечение дервешизмом, Шахмурад заботился о восстановлении порядка в городе. При нём была восстановлена Даргомская платина, и город снова стал получать воду. Он отражал набеги кочевников и привлекал в город жителей. Узбеки заняли земли в Самаркандском вилайете, и восстановил оросительные системы по Амударье и Кашкадарье.

 

Особое внимание Шахмурод уделял медресе. Назначал преподавателей и возобновил чтение лекций. Однако бедность казны заставила ограничиться только ремонтом уцелевших медресе и мечетей, да пристройкой незначительных зданий из кирпича, который брали из развалин древних памятников.

 

Шахмурад старался привлечь на свою сторону дервишские братства. Он призывал отказываться от наследства, и после смерти отца раздал свою долю в виде подаяний. В одежде кающегося грешника, повесив на шею шашку, он ходил по базарам, громко плакал и просил у всех прощения за бедствия, причинённые народу его отцом Даниялбием. Затем он удалился в соборную мечеть Бухары, где в уединении провёл целый год.

 

После смерти Даниялбия в эмирате усилились смуты и волнения. Шахмурада пришлось долго уговаривать принять трон. Но, даже став эмиром, он по-прежнему вёл аскетический образ жизни: тратил в сутки 1 танга, надевал ветхую одежду, ел скудную пищу, ночевал в старой рваной палатке, никогда ни у кого не бывал на пирах и ни от кого не принимал подарки.

 

Шахмурад вёл войны против Ирана, который представлял постоянную угрозу государству. В 1786 г. ему пришлось усмирять феодалов Кермине, Шахрисабза, и Ходжента. В этом же году он совершил поход на Мевр и разграбил его. Он вёл войну с Афганистаном из-за бывших бухарских владений на левом берегу Амударьи. В конце 80-х годов XVIII в. был заключён договор, по которому Амударья была признана границей между Бухарой и Афганистаном.

 

Эмир являлся одновременно главой государства и признавался мусульманским проповедникам наместником Мухаммеда – халифом, охранявшим чистоту ислама.

 

По шариату эмир получал право на жизнь и смерть своих подданных, а также право на имущество всех жителей эмирата. Он был синонимом высшей власти, о которой даже нельзя было поминать громко из опасения подвергнуться наказанию. Чтобы придать своим особом мистическую таинственность, эмиры редко появлялись на людях, проживая в Кермине, в 80 км от Бухары, совершая все переезды по городу в ночное время.

 

Все бухарские эмиры демонстрировали заботу о религии и проявляли огромное внимание к ревностному исполнению всех предписаний шариата. Шахмурад за свою горячую демонстрацию неуклонного исполнения воли Аллаха и заботу о процветании ислама в государстве был прозван «амир-и-маъсум» - «безгрешный эмир». Он стал членом дервишского ордена Накшбандийа и мюридом шейха Сафара, бывшего в то время главой этого ордена. Как первым условием вступления в орден Сафар потребовал от эмира публичного исполнения унизительных для него обязанностей. По повелению того же Сафара Шахмурад обратил мервцев из шиитов в суннитов.

 

Приемник Шахмурада, его сын эмир Хайдар (1800-1825 гг.) считался не только защитником и проповедником ислама, но и знатоком шариата и в мечети читал лекции по теологии, на которые собиралось до 500 человек. В Бухаре в это время всё было под запретом. Под страхом смертной казни было запрещено курить, пить вино, петь песни, танцевать, женщинам запрещено было появляться в общественных местах, на людях запрещено было являться с открытым лицом.

 

В Бухаре было 300 мечетей (по свидетельству русского путешественника П.И.Демезона, 1833 г.), большей частью они были мазаные глиняные и вмещали не более 60 человек. Каждая такая мечеть, каждый мулла был крепостью и оком ислама, бдительно наблюдающим за жизнью мусульман. Ещё при Шахмураде в каждом квартале были введены специальные должности мухтасибов, которые были стражами ислама и заодно доносчиками на нарушителей заветов пророка.

 

Образование тоже было подчинено интересам господства религии. Практически всё просвещение было отдано исламу. Учебные заведения были двух типов: начальная школа (мактаб) и высшая (медресе). В мактабах, находившихся, как правило, при мечетях, учителя в большинстве своём были имамы. Здесь обучали читать Коран, и часто ученики, окончившие мактаб, могли читать и писать только Коран и получали звание «кори».

 

В Бухаре было 60 медресе. Учение здесь длилось около 30 лет, и вся программа сводилась к изучению арабской грамоты и письменности, толкований Корана и религиозных приданий, небольшого курса юриспруденции и 2-3 сочинений по истории. По свидетельству русского востоковеда Н.Ханыкова, побывавшего в Бухаре в 1841 г., в списках студентов медресе числелось от 9 до 10 тысяч человек.

 

Бухара считалась центром просвещения всей Средней Азии, сюда приезжали студенты из Хивы, Коканда, Хисара, Самарканда и многих татарских областей. Самарканд с его вольнолюбивыми просветительскими традициями потерял своё былое значение как центр науки и культуры. Он становился всё более заброшенным, мечети и медресе приходили в упадок, и муллы вынуждены были теперь приезжать учиться в Бухару.

 

Вооружённые силы Бухарского эмирата трудно было назвать регулярной армией в строгом смысле этого слова. Её боеготовность была скорее символической, рассчитанной лишь на войны с соседними ханствами, где армии были не лучше, и на устрашение населения эмирата или расправу с недовольными и непокорными. Комплектование армии стало более или менее постоянным в правление эмира Насруллы, прозванного за жестокость «эмиром кассаб» - «эмир мясник».

 

Насрулла пришёл к власти по трупам своих братьев. Двух старших – Мир-Хусейна и Омар-хана убили как соперников за власть. Троих младших утопили в Амударье. После убийства братьев, сев на престол, он уничтожил тех, кто ему помогал утвердиться на нём: в течение месяца он казнил ежедневно 50-100 человек.

 

Воспользовавшись братоубийственной борьбой мангытов, кенегесы Шахрисабза объявили себя независимыми. Эмир Насрулла в течение 20 лет совершил 32 похода против кенегесов, и лишь в 1856 г. ему удалось покорить их и утвердить своё господство в Шахрисабзе и Китабе. С хивинским ханом Аллакули Насрулла боролся из-за Мевра. Он предпринял два похода на Коканд. Во время второго похода в 1842 г. Коканд был взят, и четыре часа мангыты грабили его. В этом всеобщем кровавом погроме погибла замечательная узбекская поэтесса Махларайим (Нодира), мать кокандского хана Мухаммада-Али (Мадали). Ей отрубили голову. Был казнён и сам Мухаммад-Али.

 

В период правления Насруллы Бухара стала ареной соперничества царской России и Англии в Иране и Средней Азии (30-е годы XIX в.).

 

В начале 30-х годов странами, лежащими к северу от Индии, заинтересовалась Англия и стала посылать сюда специальных агентов. В 1831-1833 гг. английский агент в Лахоре Александр Борнс в качестве «частного путешественника» был в Бухаре. Он написал обстоятельный труд об этом путешествии. В 1834 г. в Бухару была снаряжена первая дипломатическая миссия полковника Стоддарта. Полковник держался надменно, вопреки бухарскому этикету и обычаю, въехал в Арк на приём к эмиру Насрулле верхом и предстал перед ним без подарков, чем навлёк на него гнев. Через два дня поле аудиенции у эмира Соддарт был схвачен и брошен в тюрьму, где провёл четыре года.

 

Вскоре после Стоддарта в Среднюю Азию прибыл капитан Конолли с поручением добиться объединения Хивы, Бухары и Коканда против царской России. Но во время переезда из Хивы в Коканд его захватили бухарцы и тоже заключили в тюрьму. В 1842 г. оба англичанина были казнены, несмотря на заступничество русской миссии, которая находилась в это время в Бухаре по приглашению самого эмира, нуждавшегося в горных инженерах для разработки недр. В состав миссии входили: горные инженеры Бутенев и Богословский, молодой ориенталист Ханыков, натуралист Леман и др.

 

Сын Насруллы Музафарэтдин начал своё правление с войны с Кокандом. В 1863 г. он прошёл всю Фергану до Кашгара, но под давление кепчаков ему пришлось уйти и увести с собой Худоярхана. В 1865 г. он вторично занял Коканд и восстановил Худоярхана на престоле. Теперь он получил право назначать своего хакима в Ташкент.

 

Однако события круто изменились. В июне 1865 г. русские войска заняли Ташкент. Бухара потерпела ряд поражений и в 1868 г. вынуждена была подписать с Россией договор, превращавший её практически в колонию России. Она вынуждена была уступить часть своих владений с городами Джизак, Ура-Тюбе, Самарканд, Ката-Курган, которые отныне становились частью Туркестанского генерал-губернаторства. Правда, эти территориальные потери были компенсированы с приобретением с помощью русских войск Шахрисабза, Хисара, Каратегина и Дарваза, но они уже не смогли восстановить утраченного Бухарой престижа в Средней Азии. При последних эмирах мангытской династии – Музафарэтдине, Абдулахаде, и Алимхане Бухарский эмират представлял собой картину заката и агонии одного из самых деспотичных и отсталых государств мира.

 

В Бухарском эмирате не было регулярной армии, которая могла бы дать отпор русским войскам. Начиная с правления эмира Насруллы, комплектование армии производилось частью добровольно, частью принудительной отдачей в солдаты лиц, совершивших какое-либо преступление, а в случае бегства виновного – одного из его родственников. Служба была пожизненной. Учение производилось по пятницам и сводилось к маршировке, а в остальное время солдаты были заняты на трудовых работах.

 

В наши дни Бухара развивается как крупный и промышленный центр Узбекистана.

 

Статьи из раздела: «Часть 2»