Кош-Медресе.



К юго-западу от Регистана, на стариной улице Хиабан, когда-то тянувшейся к воротам Шир-Гарон, высится ансамбль Кош-медресе.

 

Прием противоположения на единой оси двух монументальных сооружений очень типичен для среднеазиатской монументальной архитектуры феодальной эпохи. Возведение двух медресе связано с деятельностью Абдуллахана. Одно из них – Мадари-хан – было построено в 1566/67 г. в честь матери государя, второе носит имя самого хана и воздвигнуто в 1588/90 гг. Промежуток почти в четверть столетия, когда Абдуллахан ценой непрерывных походов, сражений и дворцовых убийств прочно закреплял свою власть в Средней Азии, явственно отражён в архитектуре обоих сооружений.

 

Медресе Мадари-хан малопримечательное. Главный фасад его из-за неправильной формы земельного участка скошен в плане относительно остальных фасадов, чтобы сохранить красную линию улицы. Фасад подчёркнут возвышенным, но почти не выступающим пештаком, углы фланкированы башенками-гульдаста, в промежутках – по три лоджии в двух этажах.

 

Три внешних и дворцовые фасады лишены каких-либо украшений, лишь на главном фасаде П-образная рама портала, гульдасты, пилястры и софиты арок покрыты простым узором из поливных кирпичей, да в тимпанах имеются майоликовые панно геометрического орнамента. Вокруг трапециевидного двора размещены в два этажа худжры, в углах лежат аудитории-дарсхана. Характерно, что даже велеречивый хронист Абдулла-хана Хафиз-Таныш, не смог сказать об этом медресе ничего, кроме такой весьма сдержанной фразы: «… составляющие его высокие своды и возвышенные купола, верхние и нижние помещения и фундаменты сверху донизу были сделаны прочно…»

 

Но и эта похвала мало обоснована. Постройки времени Абдулла-хана строились претензией на показную монументальность, но спешно и непрочно. В бухарской архитектуре 2-й половины XVI в. в целях экономии материала стены возводились не монолитной кладкой, а двумя рядами кирпича, с заполнением внутреннего промежутка строительным мусором, залитым ганчевым молоком. В результате в большинстве построек стены распучены и деформированы. Та же тенденция к экономии средств имела место и в области облицовочных материалов: на смену трудоёмкому искусству резных наборных мозаик или многоцветных майолик, требующих сложной гончарной технологии, приходят простые трёхцветные майолики (сине-бело-голубой тональности) с растекающимися контурами узоров. С близкого расстояния они оставляют впечатление неопрятности и утраты той чёткости орнаментов, которая присуща среднеазиатским изразцам предшествующих периодов.

 

Зодчие XVI в. принесли рационализм в принцип распределения декоративных средств: количество дорогих изразцов сокращается, облицовки сосредотачиваются на главном фасаде и во дворе. Уже на первом этапе зодчества XVI в. декор «ушёл» с фасадов в интерьер.

 

Всё это в полной мере предстаёт в медресе Абдклла-хана (1588-90 гг.). Облик его внешне очень солиден, масштабы внушительны. План медресе следует традиционной схеме группировки помещений вокруг четырёхайванного двора, вход выделен пештаком, углы фланкированы башенками-гульдаста. Орнаментация главного и дворового фасадов выполнена из цветных глазурованных кирпичей и из таких же некачественных майолик, как и на медресе Мадари-хан. Лишь входная дверь, оформлена тонкими столярными наборами, образующими сложный дисятилучевой гирих, с резьбой растительного характера внутри геометрических фигур, представляет собой незаурядное произведение декоративно-прикладного искусства.

 

Однако в планировке медресе имеется ряд особенностей, свидетельствующих о том, что зодчие старались наиболее рационально использовать внутреннее пространство, включив в него как можно больше помещений. Здесь размещена группа худжр, обращённых на главный фасад, а за ними справа и слева от входного вестибюля лежат мечеть и дарсхана. В положении мечети отмечается интересная особенность: план её несколько повёрнут относительно главных осей медресе, но не на кыблу (т.е. в сторону Мекки), а строго по странам света. Это наводит на предположение, что Абдулла-хан, уже на склоне лет строивший своё медресе, думал, возможно, что зал этот послужит его усыпальницей (по правилам, захоронение мусульманина должно быть ориентированно строго с севера на юг). В эту пору безраздельного господства в идеологии общества высшего феодального духовенства, осуждалось возведение пышных особых усыпальниц для светских лиц, которое ещё практиковалось вначале XVI в., - даже для государей.

 

Перекрытия дарсханы и мечети дошли в неплохой сохранности. Над их крестообразными в плане залами переброшены пересекающиеся подпружные арки, между которыми размещены щитовидные паруса. В угловых пазухах – лепные сталактиты, а распалубки под арками разбиты с помощью ганчевых гуртов на части, представляющие собой как бы тимпаны над нишами. На них нанесён сложный звёздчатый гирих.

 

Разнообразие систем перекрытий, которое появляется в 2-й половине XV в. в самаркандских мавзолеях Ишрат-хана и Ак-Сарай, в Бухаре предстаёт как одно из главнейших достижений строительной мысли 2-й половины XVI в. Новаторство и творческие поиски бухарских зодчих привнесли в архитектуру пространственное нарастание основных несущих конструкций, сложную, но очень чёткую систему стереометрический построений на распалубках и парусах такого замысловатого рисунка, что конструкция почти перерастает в орнаментальный узор.

 

Помимо худжр, окружающих двор, множество комнат размещено в угловых массивах здания. В особом, выдвинутом за линию фасада, объёме у южного айвана расположено ещё 8 комнат. Целая группа помещений лежит на главной оси медресе, напротив входа. Центральным, организующим ядром этой группы является восьмигранный двухъярусный зал со световым фонарём (зал так и называется – «Фануси Абдулла-хан» - «Фонарь Абдклла-хана»), который окружён по двум этажам 20 худжрами. Свет падает сверху, через подкупольные оконца. Мягкое, равномерное освещение, большой спасительный в условиях летней жары резервуар воздуха, планировочно связующая роль этого зала, введение, путём выноса архитектурных объёмов за фасады медресе, дополнительных жилых помещений – всё свидетельствует о вдумчивых поисках строителями медресе практически наиболее целесообразного решения.

 

Остаётся только восхищаться создателями этого сооружения, как и ряду других подобных построек времени Абдулла-хана.                       Андреева Н. М.

 

Ссылки:

Также читаем: