Наука и литература XIV-XV века.


Самарканд


Одним из известных учёных эпохи Тимура, неоднократно принимавшим участие на учёных деспутах при его дворе, был Саад ад-Дин Масуд ибн Омар Тафтазани (1332-1389 гг.). До конца своей жизни он занимался преподаванием в Гиждуване, Джаме, Хорезме, Туркестане, Самарканде, Герате и Серахсе и написал много научных работ по грамматике, богословию, риторике, которые ещё при его жизни вошли в число учебных пособий того времени.

 

Выдающимся историком своего времени был Ахмад ибн Мухаммад ибн Арабшах ( 1392-1450  гг.). Он родился в Дамаске, но с восьмилетнего возраста жил в Самарканде. Основным его произведением является труд о времени Тимура «Аджаиб ал-макдуф фи наваиб Тимур» («Чудеса в предопределениях в событиях жизни Тимура»), в котором даётся смелая для того времени резко отрицательная характеристика Тимура. Его история, написанная в рифмованной арабской прозе, богата фактами, особенно та часть, которая относится к последнему периоду жизни Тимура и событиям, последовавшим после его смерти. Несмотря на злобу, работа Арабшаха содержит много трезвых рассуждений.

Другой источник этого периода Низам ад-Дин Шами завершил в 1404 г. составление труда под названием «Зафар-наме-и Тимури» («Книга побед Тимура»). Низам был учёным из Тебриза, который жил в Багдаде в 1393 г., когда город покорился Тимуру. Он был одним из первых, кто явился к Тимуру, чтобы выразить своё почтение и уважение. Во время сирийской компании он был в Алеппо (1401 г.) и в следующий год Тимур приказал ему пересмотреть и придать соответствующую форму записи его секретарей; его предупредили также избегать использовать витиеватый стиль, который мог понять один из ста. Низам использовал персидский язык. Он завершил работу и представил Сахиб Кирану весной 1404 г. перед возвращением двора в Самарканд. Тимур приказал изготовить ещё одну копию для внука Умара, которого он назначил правителем Тебриза и дать работе название «Зафар-наме» - «Книга побед».

 

Шараф ад-Дин Йезди (ум. в 1454 г.) составил в 1424-1425 гг.) сочинение, также посвящённое времени Тимура, - «Зафар-наме». Ибрагим-Султан, сын Шахруха и правитель Фарса, собрал вместе все записи о правлении своего деда, добавив к ним многие сведения свидетелей. Эти материалы, которые включали и уйгурские хроники, были переданы Шарафу для придания им литературной формы. В результате была представлена работа, которая расценивалась как образцовая литературная и историческая композиция, но, несмотря на поэтическую цветистость и преувеличение мусульманской набожности Тимура, она является самой полезной и всеобъемлющей из придворных историй. Она была завершена в 1425 г. и, как и труд Низама, была названа «Зафар-наме».

 

С неё было сделано много копий. Одна из них, сделанная в 1467 г., была позже иллюстрирована миниатюристом Бехзадом. (Шараф впоследствии был замешан в заговоре против Шахруха, но спасся лишь благодаря заступничеству Улугбека, который пригласил его в Самарканд). Перевод работы, сделанный Пети де ла Круа во время правления Людовика XIV, лишён поэзии и страдает неточностями.

 

Эти истории могут быть дополнены большим числом других работ придворных историков Тимура, многие из которых были написаны вскоре после его смерти. К ним следует отнести такие, как «Тарих-и-Хайрат» («Хроника изумительных вещей») Мусави.

 

Из историков следует также упомянуть Лутфуллу Хафиз-и-Абру (ум. в 1430 г.). Он был придворным учёным Тимура в последние годы его правления. Он сопровождал его в походах и был близок к нему, являясь его постоянным партнёром в шахматах. Хафиз стал придворным историком Шахруха в Герате и написал «Зубдад аль-таварих» («Сливки летописей») в 1423-1424 гг. Это была мировая история, написанная простым стилем, где один раздел был посвящён Тимуру.

 

Позднее Абд ар-Раззак Самарканди (1413-1482 гг.), также из двора Шахруха, написал историю, названную «Матла ас-саадайн ва маджма ал-бахрайн» («Место восхода двух счастливых созвездий и место соединения двух морей»), которая представляет историю Мавераннахра и Персии от рождения Хулагуида Абу Саида до смерти внука Тимура также по имени Абу Саид. Эта история была основана в значительной мере на работе Хафиз-и-Абру. В 1444 г. Абд ар-Раззак был отправлен с миссией в Индию, несчастливый опыт который он также оставил в записях. Умер он в 1482 г.

 

Во второй половине XV в. все упомянутые работы были использованы Мухаммедом ибн Хандшахом бен Махмудом, известным под именем Мирхонд (1433-1498 гг.), происходившим из Балха, чтобы написать мировую историю, озаглавленную «Раудат аль-Сафа» («Сад чистоты»). Шестой том посвящён Тимуру и его наследникам. Работа была сокращена и обновлена его внуком Гияс ад-Дином Мухаммадом по прозвищу Хондемир (ок. 1475/6-1539/40 гг.).

 

Муин ад-Дин Мухаммад  Исфизари (ок. 1446/47-1498 гг.). В 1493-94 гг. составил труд «Раузат ал-джаннат фи аусаф-и мадинат ал-Хират» («Райский сад по описанию города Герата»), в котором изложил историю не только Герата, но и всех областей государства султана Хусейна.

 

В XIV в. дальнейшее развитие получила художественная литература. В это время творили Шамс ад-Дин Мухаммад Хафиз Ширази, признанный классик персидской и таджикской поэзии, и Камал Худжанди. В их произведениях в значительной мере отразились прогрессивные идеи того времени.

 

Шамс ад-Дин Мухаммад Хафиз Ширази (ум. в 1398 г.) потерял отца в раннем детстве. Его мать, не имея возможности дать сыну образование, отдала его на воспитание в чужую семью, но Хафиз вскоре ушёл оттуда и поступил учеником к ремесленнику. Некоторое время он учился в медресе. Затем, ведя жизнь чтеца Корана («Хафиз» - букв. «знающий Коран наизусть»), Хафиз постоянно пополнял свои знания. Вскоре он приобрёл известность как поэт.

 

Ещё при жизни Хафиза его стихи широко распространялись в народных массах, а потом часть их вошла в фольклор. И сейчас стихи Хафиза пользуются любовью в Таджикистане, Иране, Афганистане, где его читают в подлиннике. Роль Хафиза в истории персидско-таджикской литературы чрезвычайно велика. Он довёл до совершенства жанры лирики, вложив в неё новое содержание. Газелям Хафиза наряду с мотивами любви, красоты, философским раздумьям присущи и мотивы протеста против социальной несправедливости. В условиях средневековья Хафиз поднялся до борьбы за достоинство человеческой личности. Нередко из предосторожности он многого не договаривает. Хафиз, не желавший примириться с мрачными условиями окружающей его жизни, предпочитает выступать под личиной бесшабашного гуляки. Однако вовсе не разнузданное веселье, не красота ради неё самой, не созерцательная мистика суфизма, а протест против социальной несправедливости, стремление к лучшему и вера в него являются основным мотивом поэзии Хафиза.

 

Для лирики Хафиза характерны страстность, возвышенность порывов, осуждение ханжества и лицемерия. Он известен как великий лирик на Востоке и на Западе.

Хафиза называли при жизни «Лисан ал-гайб», т.е. «Язык сокровенного», имея ввиду мистическое содержание его стихов. После смерти Хафиза некоторые представители духовенства пытались трактовать его стихи как сугубо божественно-мистические (здесь, возможно, сыграло роль то, что в некоторых бейтах Хафиза поэтически переработано содержание отдельных аятов Корана): его образы нужно якобы понимать иносказательно; «милая» («ер») – это образ бога и т.п. Великий Гете разгадал намёки Хафиза как выражение протеста, направленного против религиозного ханжества и лицемерия. Он посвятил Хафизу отдельную книгу стихов «Хафиз-наме» в своём «Западно-Восточном диване».

 

Великий поэт пользовался «пафосом намёка» для выражения идей гуманизма.

Камал Хунджанди (ум. ок. 1400 г.) провёл детство в Ходженте, учился в Самарканде, а затем переехал в Тебриз, где жил при дворе местного владетеля. Когда золотоордынский хан Тохтамыш захватил Тебриз, Камал был взят в плен и увезён в столицу Золотой Орды – Сарай, где находился долгое время в заключении. Затем поэт возвратился в Тебриз, где и умер около 1400 г.

 

Камал Хунджанди является одним из выдающихся мастеров стиха. Его газели отличаются музыкальностью, напевностью. По своим мотивам некоторые из них созвучны газелям Хафиза. Они прекрасно передают тоску поэта по родине и сливаются с целым циклом таджикской народной лирики – гариби (песни на чужбине).

 

Близок к Хафизу и Камалу Худжанди по содержанию своего творчества и по жанру их современник – Насир Бухараи (ум. в 1378 г.).

 

В стихах выдающихся поэтов XIV в., преимущественно лирических, в своеобразной форме отразилось настроение народного протеста. В этом особое достоинство в их лирики, причина её популярности у широчайших народных масс.

 

Большого расцвета наука и литература достигли при Улугбеке. Он сумел собрать в Самарканде цвет астрономической и математической мысли того времени. В 1428 г. Улугбек закончил строительство большой обсерватории с усовершенствованными инструментами.

 

Развитие точных наук в ту эпоху, наличие прекрасных сочинений в этой области и, наконец, общение с виднейшими астрономами и математиками определили направление научной деятельности Улугбека.

 

Первым воспитателем Улугбека в детские годы был шейх Ариф Азари – сказитель, поэт и известный учёный. Позже были и другие учителя. Среди них особенно следует отметить Салах ад-Дин Муса ибн Махмуд Кази-заде-Руми, знаменитый математик и астроном, прозванный «Платоном своей эпохи». Он был одним из первых преподавателей медресе Улугбека в Самарканде. Им написаны: 1. «Трактат по арифметики» на арабском языке. Само сочинение и комментарий к нему неизвестного автора были в библиотеке Али-паши в Стамбуле. 2. Комментарии к «Сущности астрономии» Махмуда ибн Омара ал-Чагмини. Работа пользовалась большой популярностью среди изучающих астрономию, в частности являлась настольной книгой студентов-астрономов. Экземпляр сочинения (на арабском языке) имеется в Институте востоковедения АН Узбекистана. 3. «Комментарий к основам фигур» Шамс ад-Дина Самарканди, где рассматриваются важные геометрические вопросы. 4. «Трактат о синусе». Здесь дан новый упрощённый вариант определения синуса дуги одного градуса, основанный на методе, предложенном Гияс ад-Дином Дшемшидом.

 

Другим крупным математиком и астрономом, игравшим важную роль в истории астрономической школы Улугбека, был Гияс ад-Дин Джемшид ибн Масъуд. Ему принадлежат работы: 1. «Усовершенствованные Ильханские таблицы Хакана». В основе этих астрономических таблиц лежат таблицы, составленные в Мерагской обсерватории под руководством Насир ад-Дина Туси. Эти таблицы Джемшидом подвергнуты тщательному критическому анализу, исправлены, а также значительно дополнены новыми данными. Работа написана на таджикском языке; экземпляр её хранится в библиотеке Ая-Софии в Стамбуле. Работа, как видно из заглавия, посвящена хакану (султану). 2. «Услада прекрасных садов», где дано изложение изобретённого автором астрономического инструмента для решения некоторых практических вопросов астрономии, в частности для определения широты и долготы, небесных светил. Экземпляр рукописи этого трактата имеются в библиотеке «India office» в Лондоне. 3. «Лестница небес», на арабском языке. В работе рассматриваются вопросы, относящиеся и измерениям небесных тел. Отдельные экземпляры трактата имеются в некоторых библиотеках Европы, в частности в Лейденской и Оксфордской. 4. «Трактат о хордах и синусах» посвящённый методу вычислению синуса дуги одного градуса. 5. «Ключ к арифметике», где рассматриваются некоторые важнейшие вопросы арифметики и алгебры. 6. «Трактат об окружности», в котором дан метод определения приближённого значения отношения окружности к диаметру. В трактате «Ключ к арифметике» рассмотрены весьма важные вопросы, в частности такие, как десятичные дроби, открытые Джемшидом, общий приём извлечения корней по способу, носящему теперь имена Руфини – Горнера, а также применение формулы бинома Ньютона для любого натурального показателя.

 

Следующим талантливым представителем рассматриваемой школы является комментатор трудов Улугбека, ученик Казы-заде Руми и Улугбека, математик и астроном Алауддин Али ибн Мухаммед Кушчи, прозванный «Птолемеем своей эпохи». Он состоял в штате придворной охоты, почему и носил чин «кушчи» (сокольничий). Али-Кушчи был одним из ближайших помощников Улугбека в его научной работе. Ему принадлежат работы: 1. «Трактат по арифметике», написанный на таджикском языке и состоящий из трёх частей, посвящённый индусской математике и некоторым вопросам астрономии. Экземпляры его хранятся в Лейденской библиотеке и Институте востоковедения АН Узбекистана. 2. «Трактат по астрономии», древнейший экземпляр которого был в библиотеке Ая-София, а также в Институте востоковедения АН Узбекистана. 3. «Трактат о решении лунообразной фигуры». 4. «Трактат Мухаммедия», где рассматриваются вопросы арифметики и алгебры. После трагической смерти Улугбека Али-Кушчи переселился в стамбул, где этот трактат был им переведён с таджикского на арабский язык и преподнесён султану Мухаммеду II, откуда и название «Мухаммедия». Экземпляр сочинения, собственноручно написанный автором на арабском языке, был в библиотеке Ая-софия. 5. «Фатхия» - трактат по астрономии на арабском языке. Отдельные экземпляры сочинения был в Париже и Стамбуле. 6. «Комментарии к таблицам Улугбека», или «Комментарии к таблицам Гурагони». Этот труд, известный по литературным данным, по-видимому, не сохранился до наших дней. Али-Кушчи умер в Стамбуле в 1474 г.

 

Замечательным представителем школы Улугбека был и внук Казы-заде Махмуд ибн Мухаммед, более известный под именем Мерием Челеби. Перу этого учёного принадлежат: 1. «Комментарии к таблице Улугбека» - обширный труд на таджикском языке, написанный по просьбе турецкого султана Баязеда II; хранится в некоторых библиотеках Европы, в частности в Париже и Стамбуле. Комментарий к астрономическому «Трактату Фатхия» Али-Кушчи; имеются в Париже. 3. Работы, посвящённые вопросам азимута Киблы, в том числе довольно обстоятельный «Трактат по исследованию азимута Киблы», находящийся в Стамбуле. 4. «Полный трактат о синусе», или «Полное собрание о синусе». Работа посвящена анализу вопросов, касающихся синуса дуги. 5. «Трактат об альмукантарате» (точнее – о четверти альмукантарата).

 

Видными астрономами самаркандской школы были Муие ад-Дин и его сын  Мансур-Каши. Но особого внимания заслуживает ученик Мансура Каши Аба Али ибн Мухаммед ибн Хусейн Бирджанди, которым написаны следующие работы: 1. Обстоятельные «Комментарии к Гураганским таблицам», т.е. к таблицам Улугбека; эта работа в виде прекрасно сохранившейся рукописи на таджикском языке с множеством чертежей, датированных 929 г. хиджры (1522 г.), хранится в Институте востоковедения АН Узбекистана и представлена автографом автора. 2. Толкование вышеупомянутых комментариев Казы-заде к «Астрономическому трактату Чигмини»; имеется в библиотеках Европы, в частности в Санкт-Петербурге. 3. Комментарий к «Альмагесту» - арабскому переводу Насир ад-Дина Туси; храниться в Институте востоковедения АН Узбекистана. 4. Комментарий к трактату по астролябии Насир ад-Дина Туси – в Британском музее, в Стамбуле, в Санкт-Петербурге и Ташкенте в Институте востоковедения АН Узбекистана. В этой работе, состоящей из 20 глав, Бирджанди даёт подробное описание, теоритическое обоснование и применение астролябии к различным вопросам астрономии. 5. «Трактат по летосчислению» на таджикском языке; хранится в Оксфорде. 6. «Трактат по астрономии» на таджикском языке, единственный экземпляр которого имеется в Оксфорде.

 

При Тимуре и Тимуридах Самарканд стал центром литературной жизни. Это не случайно. Здесь и раньше создавались сочинения по теории литературы, например «Чахор макола» («Четыре беседы») Низами Арузи Самарканди (XII в.), вторая глава (беседа) которого посвящена важнейшим проблемам поэтики и др. Эта традиция была продолжена и в XIV-XV вв.

 

В Самарканде были широко известны произведения выдающихся филологов Средней Азии: «Мифтохул улум» («Ключи наук») Юсуфа Саккони Хорезми (XIII в.); «Мифтохул улум» и «Мухтасарул маони» («Сжатое содержание») Саъдиддина Тафтазони (XIV в.); трактаты по поэтике Саид Шарифа Джурджани (XIV в.) и многие другие. Это не могло не способствовать появлению в XV в. в Самарканде трудов по литературе и литературных произведений: сочинения выдающегося учёного Салах ад-Дина Муса Казы-заде Руми (1360-1429 гг.) «Шахри нурра дар «Мифтохул улум» и «Тафтазони» (Полный комментарий книги «Мифтохул улум» Тафтазони) и талантливого ученика Улугбека Али-Кушчи Самарканди (1402-1474 гг.) «Шахри «Мифтохул улуми» Тафтазони» (Комментарий книги «Мифтохул улум» Тафтазони), а также «Рисола алистиорот» (Трактат о метафоре), «Рисола ал истиорот ус-Самаркандта» (Самаркандский трактат о метафорах) Абдулкасыма Самарканди.

 

В этих трудах поддерживались и развивались мысли хорезмийского учёного Замахшари и Абдулкохира Джурджани о единстве формы и содержания художественного произведения, о красоте и изяществе стиля поэта, высказанные в сочинениях «Ал-мадхал» и «Асрорул балога».

 

Как Али-Кушчи, так и Абдулкасым Самарканди в своих произведениях освещали истинный смысл метафоры и её разновидностей, а поэт Мавлоно Юсуф Андижани написал трактат о таком литературном жанре, как шарада, который был высоко оценён Алишером Навои.

В литературоведении этого периода не только разрабатывались важнейшие проблемы поэтики, но и изучалась история литературы. Самаркандец Давлатшах ибн Бахтишах (ум. 1494/95 г.) составил «Тазкиратуш-шуаро» (Антология поэтов), содержащую сведения о 160 поэтах X-XV вв. «Тазкира» состоит из введения, семи основных глав и заключения. Во введении к антологии упоминаются знаменитые арабские поэты, а в семи главах приведены биографические сведения и образы произведений поэтов, писавших на таджикско-персидском языке (Рудаки, Фирдоуси, Низами и др.). В заключении автор говорит о своих выдающихся современниках – Алишере Навои, Шейхим Сухайли и др. Антология пользовалась большой популярностью не только на Востоке, но и на Западе. Многие Западные ориенталисты XIX в. при освещении истории литературы X-XV вв. останавливались на произведении Давлатшаха, изданном в 1901 г. в Лейдене.

 

При Тимуре и Тимуридах произведения создавались в основном на узбекском и таджикском языках. Представителями этой двуязычной литературы были Мавлоно Саккаки, Бисоти Самарканди, Джавхари, Ходжа Самарканди, Мирзабек, Вафои, Риёзи и др., продолжавшие прогрессивные традиции литературы предыдущих столетий в создании высокохудожественных произведений.

 

Основными жанрами литературы были газели, рубаи (четверостишие) , китъа (фрагмент), муаммо (шарада), маслави (эпические произведения), касыда (ода) и т.д. Именно в литературной среде Самарканда появились образцы касыд на узбекском языке, которые с большим мастерством создавал Мавлоно Саккаки. Год рождения и другие биографические сведения этого поэта неизвестны. Саккаки – его литературный псевдоним, свидетельствующий, что он был выходцем из среды ремесленников-ножовщиков.

Судя по Дивану (сборник стихов) Саккаки, дошедшему до нас в неполном варианте, поэт успешно писал лирические стихотворения (газели и касыды) на узбекском языке, воспевая искреннюю любовь и высокие моральные качества человека. Творения Саккаки отличаются простотой языка, изящностью стиля и глубиной содержания. Поэт создал несколько касыд в честь Улугбека, в которых восхвалял своего покровителя.

 

Поэт конца XIV – начала XV в. Бисоти Самарканди (ум. 1412/13 г.) писал в основном на таджикско-персидском языке лирические произведения, которые собраны в его Диване. В газелях и рубаи Бисоти воспеты этические воззрения поэта. Лирика Бисоти широко известна, и авторы ряда восточных антологий многократно цитируют его газели и рубаи.

Биографические данные другого самаркандского поэта – Джавхари тоже неизвестны. По сведениям «Маджолисун нафаис» Алишера Навои, он происходил из среды ремесленников-мыловаров и хорошо знал восточную поэтику, особенно теорию стихосложения – аруз. Наряду с лирическими произведениями Джавхари создал поэму «Сиярун наби» («Качества пророка»), однако это произведение пока не найдено.

Талантливый молодой поэт Мирзабек пользовался большим авторитетом в литературном кругу своего времени. Он был самаркандцем, учился в медресе и стал автором замечательных лирических стихотворений. Однако из-за преждевременной смерти поэта его сочинения не были собраны в Диван.

 

Кончина Мирзабека сильно удручила его друга Алишера Навои, который в знак верности поэту продолжил один из его бейтов и создал замечательную газель на узбекском языке – литературный памятник молодому поэту.

 

Слава Самарканда как центра научной и литературной жизни была широко распространена на Востоке. В город приезжали не только виднейшие учёные, но и различные поэты: из Бадахшана – Мухаммед Бадахши, из Карши – Мавлоно Мир Карши, Андижана – Мавлоно Юсуф Бадие Андижони, Бухары – Хаёли, Исмати Бухари, Ташкента – Алои Шаши, Шираза – Сайид Кураза, Герата – Абд ар-Рахман Джами, Шейхин Сухайли, Алишер Навои.

 

В XV в. Самарканд и Герат стали крупными культурными центрами Востока. Герат, который начинал приобретать всё большее значение со времени правления Шахруха, во второй половине XV в. при султане Хусейне Байкаре (1469-1506 гг.) превратился в крупный и культурный центр. Здесь стали собираться деятели науки и искусства со всех концов Мавераннахра и Ирана. В этот период развиваются медицина, правоведение, этика, а также литература и искусство.

 

Ведущим представителем литературы этого периода является знаменитый поэт и учёный Нур ад-Дин Абд ар-Рахман Джами (1414-1492 гг.). Джами родился в селении Джам около Нишапура, получил образование в Герате, где впоследствии продолжал занятия литературой и наукой. Он неоднократно посещал Самарканд. Впервые он приехал в Самарканд в 20-е годы XV в. и обучался в медресе Улугбека. Второй раз Джами прибыл в Самарканд в 50-е годы по приглашению учёных в качестве мударриса (профессора) медресе Улугбека. Третий приезд Джами в Самарканд в 70-е годы был связан с приглашением Ходжа Ахрара. На этот раз Джами не только жил в Самарканде, но и совместно с Ходжа Ахраром посетил Джизак, Хаваст, Ташкент и другие города Мавераннахра.

 

Из касыды автобиографического характера, которую Джами написал в 1487 г., можно заключить, что он прекрасно знал поэтику, грамматику, логику, греческую и восточную философию, естествознание, математику, астрономию. Его «Бахаристан» («Весенний сад») считается лучним образцом прозы XV в. В своих произведениях Джами мастерски разработал все художественные жанры и тем самым оказал особое влияние на последующее развитие таджикской литературы. По числу произведений Джами занимает ведущее место во всей истории таджикской средневековой литературы. Автор антологии «Мират ал-хайал» («Зерцало мысли») Ширхан Луди сообщает, что Джами написал 99 книг, которые «все одобрены людьми знания в Иране, Туране и Индии, и никто не мог положить пальца возражения на ту или иную из них».

 

Основным поэтическим произведением Джами является его семерица «Хафт авранг» («Семь престолов», т.е. Созвездие Большой Медведицы), состоящая из семи больших поэм по типу знаменитой «Пятерицы» Низами (поэтическими «ответами» Низами являются, собственно, три поэмы из семи: «Тухват ал-ахрар», «Лейли и Меджнун» и «Хирад наме-и Искандари»). Многие произведения Джами проникнуты идеями гуманизма и критикой произвола правящей знати. Однако творчество Джами противоречиво, и наряду с прогрессивными для того времени идеями в его произведениях отражены религиозно-философские идеи суфизма.

 

В одной из поэм, входящих в семерицу, в «Хирад наме-и Искандари» («Книга мудрости Александра Македонского»), Джами, развив мысли Фараби и Низами, излагает социальную утопию – описывает сказочную страну, где все люди равны, где нет богатых и бедных, нет гнёта и нужды.

 

Период Тимуридов (время становления литературы на староузбекском языке) характеризуется всё более усиливающимся в последующие века процессом взаимовлиянием узбекской и таджикской литературы. Именно к этому времени относится деятельность гения узбекской литературы Мир Алишера Навои (1441-1501 гг.).

Навои родился в 1441 г. в очень образованной семье. Среди его близких были поэты, музыканты, каллиграфы. С детства увлекаясь поэзией, он уже в пятнадцатилетнем возрасте был известен как поэт, написавший стихи на фарси и староузбекском языке.

Жизнь и творчество Алишера Навои также тесно связано с Самаркандом. Навои находился в Самарканде и других городах Мавераннахра в 1465-1469 гг. В Самарканде он настойчиво расширял свои познания в области астрономии, географии, поэтики, истории, литературоведения. В этом отношении большую роль сыграла его двухгодичная учёба в медресе, где он слушал знаменитого учёного, знатока философии, логики, права, арабского языка, литературы и поэтики Ходжа Фазлулла Абдуллайси Самарканди. Фазлулла занимался также поэтическим творчеством, писал газели и муаммо. Алишер Навои познакомился и с другими талантливыми представителями литературной жизни Самарканда (Ходжа Согди, Харими Каландар, Риёзи, Саид Кутб, Мирзабек, Сафои, Нидои, Бадахши и др.).

 

Литературные диспуты в кругу этих поэтов привели Навои к выводу, что основным зерном литературно-художественного творчества является содержание, почерпнутое из реальной жизни. Это нашло отражение в осуществлённом Навои анализе стихотворений разных поэтов, в том числе самаркандца Мавлоно Риёзи.

 

 В Самарканде Навои успешно продолжал писать лирические произведения – газели, шарады, а также оды и маснави, которые широко распространились среди читателей. В этих произведениях воспевались подлинные человеческие чувства, идеи гуманизма, борьбы против несправедливости и насилия.

 

Таким образом, пребывание Алишера Навои в центре литературной жизни Мавераннахра того периода – Самарканде сыграло большую роль в возмужании и росте его художественного мастерства и литературно-критических взглядов.

 

Со вступление на гератский престол Тимурида Хусейна Байкара (1469 г.) Навои становится государственным деятелем. Он получает титул эмира и занимает очень высокие государственные посты. Почти всю свою жизнь он провёл в Герате.

 

В становлении гения Навои большую роль сыграла его дружба с великим Джами, чьим учеником он себя считал «…Встреча Навои и Джами, - пишет Е.Э.Бертельс, - действительно имела результатом дружбу, длившуюся до самой смерти Джами. Корни этой дружбы, конечно, не только в индивидуальных чертах характера этих двух выдающихся мужей – она укреплялась общностью их миросозерцания, полным совпадением их взглядов на цели и задачи литератур».

 

В 1483-1485 гг. Алишер Навои создаёт «Хамсу» - «Пятерицу», т.е. цикл из пяти поэм. Идея такого цикла возникла в связи с «Пятирицей» великого поэта XII в. Низами, в подражание которому создали свои циклы многие поэты, в том числе Джами.

 

В своём цикле Навои много глав посвятил обличению насилия и угнетения народа, алчности, погони за наживой.

 

Когда в 1493 г. умер Джами, Навои и его друзья носили траур в течение одного года. Для увековечения памяти друга Навои пишет труд «Пятерица смятённых», переводит на староузбекский язык одно из сочинений Джами.

 

В конце жизни Навои написал поэму «Беседы птиц» и сочинение дидактического содержания «Возлюбленная сердец», где затрагиваются все стороны жизни общества, а также много других сочинений.

 

Алишер Навои -  один из величайших поэтов восточного средневековья, вместе с тем – крупнейший учёный и мыслитель, музыкант и художник, а также политический деятель.

«Навои велик. Его многогранный талант ставит его в один ряд с мировыми гигантами. Его творчество давно уже стало достоянием всего человечества. Особенно большую роль сыграло оно для развития литературы на тюркских языках. Крупнейший азербайджанский поэт XVI в. Фузули, туркменские поэты Андалиб, Махтумкули, Молла Непес и др. вдохновлялись творениями Навои и во многом подражали ему. Большой популярность пользовался Навои также среди турецких поэтов.

 

Значение Навои для узбекской литературы определяется тем, что он вывел её на мировую арену. Навои своими творениями открыл узбекскому народу широкую возможность развивать свою культуру на родном языке. Сила таланта Навои в том, что его творения пережили века, вошли в память народа, вдохновляют его и поныне».

 

В описываемый период получило большое развитие и литературоведение. Появилось много работ о рифме, метрике, акростихе, поэтической загадке (муамма) и пр. Джами написал «Муамма-и сагир» («Малая муамма») и «Муамма-и кабир» («Большая муамма»), трактат «Рисала-и кафия» («О рефме»); Камал ад-Дин Хусейни – «Рисалафи-л-муамма» («Трактат о муамма»); Сайфи – «Аруз» («О метрике»). В 1486 г. один из придворных поэтов Хусейна Байкаро, Даулат-Шах Самарканди, часто общавшийся с Джами и Навои составил известную антологию «Тазкират аш-шоара», в которой приводятся сведения о более чем 100 поэтах.

Значение литературной школы Герата очень велико. Особенно важно ещё раз подчеркнуть, что с этого времени усиливается сближение литературного творчества двух народов-соседей – таджикского и узбекского.

 

Выводы науки о третьем периоде развития классической поэзии, охватывающем XIII-XV века (после монгольского завоевания), следующие. С 50-х годов XIII в., несмотря на невыносимый гнт, в сохранившихся очагах культуры начался новый подъём литературы, который постепенно привёл и к тому разнообразию жанров, которые характерны для первого периода (IX-XI вв.), и к дальнейшему росту оппозиционного-гуманистического направления, которое сложилось во втором периоде (XI – начало VIII вв.).

 

Возобновление традиций вызвало потребность в обобщающих «литературоведческих» трудах (как тазкира Ауфи Даулат-шаха и др.). Панегиризм нашёл себе применение в историографической прозе весьма риторического свойства, прославлявшей Тимура и его наследников, а также в возрождённой касыде (Хурау Дехлеви и др.) Второе рождение обретает метод творческого состязания – поэтического ответа (назира). Такова «Хамса» Хусрау Дехлеви, «Семерица» Джами, «Пятерица» Навои (на староузбекском языке) В суфийской поэзии это приводит к «суфийствующим» стихам, по форме (лексика и образность) суфийским, а по содержанию – самым разным.

 

Высшим достижением поэзии были газели Хафиза и Камала. Джами явился поэтом, завершающим этот период. Он развивал все жанры, синтезировал весь литературный опыт, разрабатывая художественную концепцию совершенного человека. Но в XV в. в поэзии появляются элементы эпигонства, всё большее внимание уделяется форме в ущерб содержанию.

 

Развитие художественной литературы не могло не отразиться и на других, смежных с ней областях искусства. Широкое распространение получили музыка и танец, особенно в середине XV в. В этот период появились не только музыканты-исполнители, но и отличные композиторы.

 

Создаются серьёзные теоритические труды о музыке «Рисала-и мусики» («Трактат по музыке») Абд ар-Рахмана Джами считается одним из важнейших источников по изучению музыки XV в.

 

В этот период был написан ряд трудов по этике. Джалал ад-Дин Давани (1426-1502 гг.) написал в 1467 г. книгу «Ахлак-и Джалали» («Джалалова этика»). В 1494 г. Хусейн Ваиз Кашифи (ум. 1504 г.) составил и посвятил принцу Мухсину книгу «Ахлак-и Мухсини» («Мухсинова этика, этика благодетеля») по вопросам воспитания и этики. Им же заново переработана знаменитая книга «Калила и Димна». Эта переработка названа им «Анвари Сохайли» («Сияние Канопуса»).

 

Разделы: «Средневековые Деятели»

В раздел: «История Самарканда»


Статьи из раздела: «Часть 1»